Выражаю благодарность Виктору Пелевину за рассказ "Who by Fire",
вдохновивший меня на это литературно-музыкальное расследование.

Все-таки песни на не родном, даже очень хорошо знакомом языке
воспринимаются немного по-другому - фокус внимания смещается на
мелодию, музыку слов, а их смысл становится чем-то гораздо
менее важным, вторичным.

Бывает, мелькнет незнакомая фраза, другая, непонятное слово,
странный контекст - тихонечко зовут за собой в увлекательное
путешествие, и сразу-же исчезают, растворившись в общей канве
музыки, слов, мыслей и повседневных дел, не оставляющих
времени на всякие языко- и литературоведческие глупости.

Недавно у меня как-то ненароком получилось совершить
такое путешествие, и я хочу предложить вам отвлечься
на какое-то время от рутины, и послушать мой рассказ
о песнях двух очень разных, и очень похожих людей.

Как частенько бывает в нашем мире самый простой
способ соединить две совершенно разные истории - найти
женщину, но мы не ищем легких путей, а поэтому начнем
наше немного с другой стороны ...

Шломо Арци - известнейший израильский шансонье,
частенько становится предметом шуток и дружеских
насмешек. Многие любят бородатый анекдот о том, что
когда Шломо Арци собирается сочинить новую песню -
он берет с полки телефонный справочник, открывает
на случайной странице, и подбирает подходящую мелодию.

Нельзя сказать, что это уж совсем неправда и не
имеет никакой связи с реальностью. Имеет.

Смешно, но в этом случае незнание языка скорее
помогает, чем мешает - логические нестыковки
прощаются автору за счет домысливания каких-то фраз,
додумывания скрытых контекстов, которые автору не были
никогда ведомы.

Одной из наиболее мною любимых композиций Шломо Арци
была и остается вполне осмысленная "Песня Солдата",
иначе называемая по первой строчке "Я снова слышу ..."



Ниже я привожу мой, не слишком профессиональный перевод:

Я снова слышу в редкий час покоя
Как Дженис Джоплин пела старый блюз про Бобби МакГи
Тот камерный квартет, та чистота мелодий
Рождают вновь томленье страстное в груди ..

Но я солдат, ты не плачь мне, девчонка
Но я солдат - ты, девчонка, не плачь

И я вперед иду, вперед - по узенькой тропе
Где испытанья ожидают нас столетье за столетьем
А в небесах кричит о чем-то ветер,
Свободно птицы реют в высоте ...

Но я солдат, ты не плачь мне, девчонка
Но я солдат - ты, девчонка, не плачь

Моя любовь - лоскут воспоминаний,
тоски обрывок брошен на столе
Лежат, неперевернуты как камень,
рассказы Чехова ... и память о тебе

Но я солдат, ты не плачь мне, девчонка
Но я солдат - ты, девчонка, не плачь

Сегодня я переодет солдатом,
В рубахе с рукавами на спине
И значит - плачь, покуда сил хватает
О нашем счастье, о разлуке, о войне ...

Но я солдат, ты не плачь мне, девчонка
Но я солдат - ты - девчонка, не плачь ...

А вот теперь пришло время вспомнить об анонсированной
в начале моей статьи женщине: я вынужден признаться,
что до недавнего времени не просто не имел понятия
кто-же такой этот Бобби МакГи, но и не знал кто
такая эта Дженис Джоплин, кроме того что она поет блюз.

Непростительное невежество - Дженис Джоплин многие
считают величайшей вокалисткой за всю историю рок-музыки.
Она погибла 4 декабря 1970 года от передозировки героина,
тело ее нашли в номере отеля в тот самый день, когда она
должна была записать вокал к последнему треку альбома "Perl"
под названием "Buried Alive in the Blues" (буквально: «заживо
похороненная в блюзе»).

Ей было двадцать семь лет.

Злые языки говорят, что если бы ни ее трагическая смерть,
то этот сборник никогда не смог бы достичь такой бешеной
популярности. Оставим это высказывание на их совести.

Одна из двух наиболее известных песен альбома - "Me and Bobby McGee",
про которую собственно говоря и поет Шломо Арци.

Джоплин в свои университетские годы умудрилась быть представленной
к не слишком приятной студенческой награде "Самая страшная девушка
кампуса", что не помешало есть сочинить песенку "One Night Stand"
("Свидание На Одну Ночь"), которая, насколько мне известно, не
посвящена никому конкретному.

Зато песня известнейшего американского барда Леонарда Коэна "Chelsea
Hotel No.2" посвящена Дженис Джоплин. И не просто ей, а "свиданию
на одну ночь" между Коэном и Джоплин.

I remember you well in the Chelsea Hotel,
you were talking so brave and so sweet,
giving me head on the unmade bed,
while the limousines wait in the street.

Those were the reasons and that was New York,
we were running for the money and the flesh.
And that was called love for the workers in song
probably still is for those of them left.

....

I remember you well in the Chelsea Hotel
you were famous, your heart was a legend.
You told me again you preferred handsome men
but for me you would make an exception.

And clenching your fist for the ones like us
who are oppressed by the figures of beauty,
you fixed yourself, you said, "Well never mind,
we are ugly but we have the music."

Другая, не менее известная песня этого американского барда
называется "Who by Fire". Я,к своему стыду, прослушал ее
добрую сотню раз, пока не сообразил что к чему.

Вот ее первый куплет:
And who by fire, who by water,
who in the sunshine, who in the night time,
who by high ordeal, who by common trial,
who in your merry merry month of may,
who by very slow decay,
and who shall I say is calling?

Найденный в интернете перевод на русский:

Кто от огня, кто от воды,
кто при солнечном свете, кто ночью,
кто от невыносимых мук, кто от обычного испытания,
кто в твой счастливый-счастливый месяц Май,
кто от медленного разложения,
и кто, скажу ли я, призывает?

Или, в другом варианте:

Кто-то в огненном аду, кто-то в водяном плену,
Кто-то с утренним лучом, кто-то с тлеющей свечой,
Кто-то карою суда, кто-то пробою пера.
Кто-то целый век цветет, кто-то медленно гниет,
Кто-то в поздний час стучится в двери ..

Не буду дальше томить вас ожиданием, эта песня -
достаточно точный перевод на английский еврейского
религиозного гимна "Унтане Токеф", исполняемого в
самый святой день иудейского календаря - "Йом Кипур",
он-же "День Всепрощения", иногда неверно называемый
"Судным Днем".

Самое время вернуться в наши Палестины - "Песню Солдата"
писал не Шломо Арци. Ее слова - отрывок из письма своей
девушке капитана Армии Обороны Израиля Нимрода Гаона.

Нимрод погиб 7 октября 1973 года в сражениях Войны Судного Дня.
Ему было двадцать два года.